Подводная лодка "U-250"

30 июля 1944 года в ФЗ нашими катерниками была потоплена немецкая подводная лодка «U-250», которую подняли аварийно-спасательные службы КБФ и с 16 сентября поставили в Митрофа-новский док в Кронштадте.
30 июля одна из развернутых противником в ФЗ подводных лодок, находясь в позиционном положении на подходе к северному выходу из пролива Бьерке Зунд, торпедой потопила наш дозор-ный катер. На поиск вражеской лодки были высланы самолеты и «малые охотники», один из кото-рых – «МО-103» под командованием старшего лейтенанта Коленко А.П. – тем же вечером, в 19 ча-сов 30 минут, в районе гибели «МО-105» обнаружил противника. Атака глубинными бомбами за-вершилась потоплением лодки, при этом были подобраны из воды и взяты в плен 6 человек: коман-дир, 4 унтер-офицера (штурман лодки, второй штурман, машинный старшина, старший санитар) и матрос.
Без сомнения это был самый громкий противолодочный успех Отечественного флота – не многим погибшим субмаринам посвящена переписка глав великих держав. Для нашей страны кронштадтский памятный знак одновременно нашему погибшему охотнику «МО-105» и немецкой «U-205», экипажи которых «взывают к миру», стал одной из первых публичных попыток примире-ния послевоенных Германии и России. Открытый 22 сентября 1996 года на Лютеранском кладбище этот памятный знак вызывает немало споров, став в одном ряду с историческими памятниками ар-мии шведского короля Карла 12 на Полтавском поле и «Великой армии Наполеона» - на Бородин-ском.
Первые открытые публикации об этих событиях появились только 30 лет спустя в «Ленин-градской правде» в феврале-марте 1974 года, приоткрыв завесу былой секретности.
Об уникальности этой операции говорит «Отчет о разоружении U-250» и воспоминания ре-альных участников тех событий. Уже через 3 дня после потопления лодка была обнаружена и обсле-дована нашими водолазами - разведчиками Роты особого назначения. С 4-го августа 1944 года 76-й аварийно-спасательный отряд КБФ развернул работы по подъему потопленной подводной лодки. Поскольку район водолазных работ оказался хорошо пристрелян финской артбатареей на мысе Ри-стиниеми (н. Крестовый) – до нее оказалось всего 6 миль – работы производились преимущественно в ночное время, обеспечивались усилением морских дозоров, прикрывались артогнем наших бата-рей береговой обороны, постановкой прожекторных и дымовых завес.
Работы прерывались штормовой погодой и завершились уже после выхода Финляндии из войны. Рано утром 14 сентября «U-250» всплыла вместе с понтонами была отбуксирована в бухту Койвисто (Приморск). 16 сентября «U-250» была уже в Кронштадте. Ее тщательнейшим образом прослушали и осмотрели на Большом Кронштадтском рейде и через 2 суток со всеми предосторож-ностями приступили к постановке в Митрофановский (б. Александровский) док, о чем было доло-жено в Москву.
Выгруженные 8 торпед рабочие механического цеха арсенала перевезли на тележках от Мит-рофановского дока к месту разоружения. За совершенный подвиг почти вся кронштадтская «коман-да» по разоружению «U-250» получила награды.
Принято считать, что советская сторона передала одну их торпед или чертежи союзникам. Это не соответствует действительности. Для знакомства с торпедами в Кронштадт допустили 2-х британских военных инженеров, которым продемонстрировали одну торпеду, но лишь первой мо-дификации. Как вспоминает позднее С.Т. Баришполец, руководитель группы разоружения, «новей-шую модель мы не показали на свой страх и риск». Еще один просмотр был устроен в январе 1945 года в Ленинграде в Петропавловской крепости, где 2 недели работала группа англичан коммандера (капитана 3 ранга) Е. Коннингвуда.
12 апреля 1945 г. «U-250» зачислили в списки Советского ВМФ под обозначением «ТС-14», но по разным причинам в строй она так и не вошла. 20 августа ее исключили из списков и разобра-ли.